Индустриальный парк
08.06.2017 Виталий Койрах Как нам обустроить Северный проезд

Так на проезде Северном в Оренбурге совершенно стихийно, вопреки плану развития города, образовался почти сельский анклав, настоящий хутор среди мегаполиса.

14.04.2017 Виталий Койрах Вредные советы губернатору

Судя по последним событиям, год столетнего юбилея октябрьского восстания скучным не будет, спокойным - тоже. И что немаловажно, вектор гражданской активности зримо перемещается из столицы в провинцию.


29.11.2014 / 23:56

Оренбургский филиал «Корпорации монстров», или свинки атакуют

«Жизнь в Оренбурге порою заставляет увериться, что она лишь мультик»

 Советская в этот день музыкальна как никогда. Около Драмтеатра звучит гитара: блюзовые аккорды ложатся на незатейливый ритм, доносящийся из динамика. Дородные горожане гармонично переваливаются в сторону реки. Предвечерний жар поддерживает каждый их шаг – волны растворяются в тихой вибрации. Настроение меняет добрый ханыга, устроившийся возле Краеведческого. «Я буду долго гнать велосипед», и велосипедисты проносятся стремглав. «Той девушке, которую люблю», и девушки-цветы тут же. Пестики тянутся к тычинкам – повеял милый и родной оренбургский ветерок. Вибрация щекочет сердце.

На перекрёстке с Кирова толпа, сквозь которую доносится игра на духовых инструментах, но не на простецких, а на индейских. Перуанские музыканты в Оренбурге (!) (как оказалось потом, эквадорские) играют на своих волшебных флейтах и танцуют в сказочных костюмах. Пернатый змей, магический реализм, серёжина юность.

Ещё мне вспоминается одна из серий «Южного парка» (американский мультсериал). Логическая машинка зацепилась за это воспоминание и дума понеслась. Средний американский городок наводнили перуанские музыканты. (Чарующие флейты, звуковые волны – родственницы горных истоков Амазонки, всё это прочищает каналы восприятия). Перуанские музыканты пришлись не по нраву местным мальчишкам. Каким-то образом перуанцев изгнали, и на городок обрушилась новая напасть. Оказалось, что индейские флейты отпугивали страшных монстров – гигантских морских свинок, уничтожающих всё на своём пути. Что было дальше — не помню. Не суть. (Воспоминание открыло новые двери восприятия – это главное).

Я подхожу к Долгострою. В каком ужасном состоянии он находится, однако. Уж не свинки ли орудуют по ночам? Эти размышления скрашивает гангста-рэп школьника, что идёт рядом со мной и зачитывает свою тему под кричащие из смартфона биты. Не сбивает с мысли, напротив – утверждает с каждым поэтическим словом своим свинскую опасность, нависшую над городом.

Я сворачиваю к Дому Советов и присаживаюсь на одинокую лавку в сквере. Здесь тихо, только школьницы повизгивают из фонтана, плескаются. Не заразить бы им свою девственную натуру. Фонтан у Дома Советов – это вам не истоки Амазонки. Позабыв о них, достаю блокнот и пишу эти строки.

Эстетические впечатления от прогулки накладываются на мой давний анализ социально-политической ситуации в Оренбурге. Искал Сциллу централизации и Харибду федерализации, а нашёл нейронный вакуум в идеологическом поле целой страны. Но стоило отвлечься от досужих разговоров о бюрократ-буржуазии и родной ей коррупции, как идеология прояснилась и засверкала тысячью граней. Не коррупция, а кооперация. Не парадоксальный урод из царизма и сталинизма, а действительный и всепоглощающий госкорпоративизм. Простите, но очевидности не всегда видны за ворохом мемов и идеологем. Сегодня я капитан. Не Врунгель, не Америка, но Очевидность.

Когда мы с друзьями только начинали заниматься политикой, то полагали, что политический строй в России – политархия, а экономика наша базируется на азиатском способе производства. Пропускайте эти слова мимо ушей. Достаточно того, что вы их прочитали. На деле же у нас оказалась рыночная экономика и выборы законодательной власти всех уровней. Короче! Госкорпоративизм имеет христианско-демократические корни (гойда, православные!), хорошо зарекомендовал себя в режиме Муссолини (сredere, оbbedire, сombattere, славяне!), прекрасно вписался в ельцинско-путинскую Россию (выбор и удел народа).

В государстве, где прежде царила одна идеология, и экономика управлялась номенклатурой, и сейчас царит одна идеология (уже не явная, не навязываемая массам), и экономика также управляется госаппаратом, представители которого и добились прав частной собственности (пусть и не для всех), и выборного принципа (пусть и для избранных прежде). Но не суть же, не суть, а если и суть, но суть времени, а время такое, что, опять-таки, не суть.

Есть корпорации-монстры: Газпром и Роснефть, РЖД и Сбербанк и т.д. и т.п., в членах правления и советах директоров, которых заседают федеральные чиновники. Да что чиновники, вы на председателей посмотрите. Оренбург тут уже не причём, он далеко, в самом низу титров одного большого мультфильма. (Жизнь — не театр давно, люди – не актёры, а рисованные персонажи. Смею, да).

Кто такой для Сечина Берг? Очередной чинуша из провинции. А парламент и наши подмандатные депутаты? Корпоративная дума в лице руководителей системных фракций проще относится к региональной власти, а иногда и с пониманием. Какое-то влияние,  да  оказывает – может губернаторские выборы слить, но не более. Даже в самом дорогом принтере не предусмотрен процессор. Таковой у верховных монстров из волшебного замка с башенками…

Но «мультики» есть и у нас в области, пусть и в меньших масштабах, зато свои – родные. Вспомним того же господина Сало.

Вдруг в нос ударяет аромат перегара, скрашенный нотками чеснока. Ко мне присаживается мужик с красным лицом. Он одет в серый костюм и обут в перфорированные туфли цвета слоновый кости а-ля мокасин. Это помогает мне угадать в нём посетителя Дома Советов. «Что пишешь? Поэт?» – обратился ко мне мужик. «Простите, вы случайно не Сало?» – задал я встречный вопрос. Краснокожее лицо передёрнуло, но промолчало. Не он, наверное.

Сакмарский элеватор, районная администрация: пропавшее зерно съели хомяки, а точнее, морские свинки – гигантские и прожорливые. Областное министерство экономики, финуправление, профильный комитет заксоба: бюджетный дефицит и внутренний долг, а причина та же – мышеядь, морские свинки хрумкуют, не переставая. Городской совет, администрация города: тарифы ЖКХ, ремонт инфраструктуры – морские свинки озверели! Жрут асфальт, перегрызают коммуникации, ну вы поняли. Кто-то снимает ремейк «Бровкина на целине», а кто-то самостоятельно рисуется в мультиках, в спонтанных ремейках всех возможных мультфильмов: от «Южного парка» и «Ну, погоди» до «Ёжика в тумане» и «Корпорации монстров».

Шутки шутками, а где монстры, там и корпорации. Меж тем вечереет, из Дома Советов выходят приятные люди (опять свинок напоминают: домашних и холённых), рассаживаются в большие машины.  Я встаю со скамейки и иду к индейцам. Если где и нужны флейты, то здесь, около Дома Советов. На всякий случай.

P.S.

Жизнь в Оренбурге порою заставляет увериться, что она лишь мультик. Ведь нас окружают такие сказочные … персонажи.  А индейцы реальные, и пернатый змей реальный, и волны создают вибрацию. Нет-нет, да увидишь сквозь неё человека.

Оренбургский филиал «Корпорации монстров», или свинки атакуют Пабло Амаринго
  • 1099
Еще материалы этого автора:
ФК
ФК "Бюджетник-Оренбург"
2016-06-02 20:32:00

Учителя ("За БЮДЖЕТНИК болеть не бросим! 2 + 6 = 8!"), врачи ("Болеем и лечим! Болеем и лечим! За наш БЮДЖЕТНИК покалечим"), пенсионеры ("Не для того пахали, чтоб нам в ворота забивали!", "В нашем инфаркте вините Дзюбу и Халка!")

Блатные новости
Блатные новости
2016-05-27 19:58:00

- Зырь, братишка, что я тебе почитать принёс! Грантососы эти опять рамсы путают...

Одним Лениным мазаны, или «В поисках идентичности»
Одним Лениным мазаны, или «В поисках идентичности»
2015-07-27 12:14:00

«По Конституции источником власти является многонациональный народ. Народов много, а общество одно, и начинается оно снизу, с таких волонтеров как Пётр, а не сверху, с депутатов, плачущих по Ленину»

Вперёд в прошлое!
Вперёд в прошлое!
2014-11-30 03:06:00
«В городе вместо эрзац-парламента появился расширенный суррогат»
Почему Оренбург и не город вовсе
Почему Оренбург и не город вовсе
2014-11-29 22:56:00
«Может, и наступит время, когда поселковая агломерация станет городом»