08.10.2019 Лесникова Юлия Оренбургская ура-урбанистика

Вон там вдалеке сорокалетний недострой, которому дали срок до 1 ноября. Но демонтаж после выборов, так скажем, замедлился. И назначенный срок прям становится критичным. Если не успеть, потом начинаются новогодние хлопоты, снег, праздники, весна, сезон летних отпусков, и недострой станет старше...

30.09.2019 Кира Довбня Журналистика по понятиям

Я очень часто слышу фразу: «Да зачем смотреть/слушать/читать эти новости? Там все равно одно вранье и провокация». 



17.07.2019 / 21:01

Молчание ягнят. Владислав Фельдман о сексуальных домогательствах в оренбургских ВУЗах 18+

Молчание ягнят. Владислав Фельдман о сексуальных домогательствах в оренбургских ВУЗах 18+

Владислав Фельдман о проблеме сексуальных домогательств в оренбургских ВУЗах:

«В начале июля «Такие дела» выпустили статью Дарьи Серенко «Приставали, пристают и будут приставать?» (https://takiedela.ru/2019/07/pristavali-pristayut-budut-pristavat/). В ней на основе 130 историй автор говорит о сексуальных домогательствах в российских вузах. Если пересказывать вкратце, суть в том, что приставания в вузе случаются часто, тема достаточно табуирована, самые частые ситуации — это близкое общение с преподавателем, научные экспедиции, пересдачи и научное руководство. По словам Дарьи Серенко, никаких механизмов защиты у студентов в России, как правило, нет: администрация вуза смотрит равнодушно, а комиссия по этике состоит из тех же профессоров.

Два месяца назад я решил написать материал ровно об этом же, но я хотел не просто провести исследование, а назвать имена конкретных преподавателей, которые были замечены и причастны к подобным историям. Я нашел нескольких человек из разных вузов города, которые на условиях анонимности рассказали такие истории, но во всех случаях, подчеркну, во всех — девушки не соглашались выступить публично или даже анонимно назвать имя преподавателя с условием, что в случае необходимости они подтвердят свои слова в суде.

Мое желание назвать имена было продиктовано очень простым чувством — мне хотелось, чтобы эти люди были наказаны, если не уголовно, то путем общественного порицания и осуждения, но при этом нельзя было допустить ложных обвинений, поэтому публичность была гарантией честности. Когда я учился на журфаке ОГУ, я, понятно, лично не сталкивался с таким, но я очень хорошо помню, как на физкультуре во время наших занятий преподаватель играл на планшете в игры либо смотрел видео, не обращая на нас никакого внимания, зато когда после нашей группы приходили девушки с юридического — он оживал, и я видел, как он съедал их глазами. Я не знаю, были ли с его стороны еще какие-либо действия, переходящие грань нормальных отношений студентки и преподавателя, но даже эти взгляды меня возмущали. Я бы не хотел, чтобы на месте этих студенток оказалась, к примеру, моя жена.

Еще одна история, которая случилась в ОГУ — физрук предлагал студентке поставить зачет за секс. Эту историю я знаю со слов одногруппниц девушки. Она якобы согласилась, а при встрече угрожала записанным разговором и заявлением. Интересно, что одногруппницы замечали: «Она правда откровенно одевалась и ходила с открытым животом».

В ОрГМУ один из преподавателей физкультуры заставлял девушек надевать короткие обтягивающие шорты. Не знаю, какую цель он преследовал, но это — странно и не совсем нормально.

Студентка этого же вуза рассказывала, что на первом курсе преподаватель кафедры истории на зачете один на один говорил ей, что она ему нравится и что она может больше. Кроме того, на протяжении всего обучения он «кидал намеки», трогал за плечи, подмигивал. Тот же преподаватель признавался в любви одной из студенток, настойчиво звал гулять и даже приезжал к ее дому. В это же время он оказывал знаки внимания и другим студенткам тоже.

На кафедре философии преподаватель регулярно встречался со студентками. «Я не думаю, что это правильно» — говорила моя собеседница. Он же писал студенткам ВКонтакте, звал гулять, «лайкал» фотографии. «То есть, открытым текстом», сказала она.

Также студентка медицинского рассказала, что преподаватель предлагал ей сдать зачет натурой. Имя она назвать отказалась, потому что побоялась, что ее вычислят и потом у нее возникнут проблемы. «Эта маленькая кафедра, сразу поймут».

«В нашей стране прийти в полицию и написать заявление, что тебя против твой воли [совратили] — та еще аркада и приключение, потому что это невозможно доказать, а полицейские часто насмехаются. Стыдят девчонок за это. Раз случилось, значит — сама виновата. Если одна девочка из толпы студенток скажет, что этот мужик меня лапал и предлагал сделать минет — ее загнобят, преподаватели и свои же девчонки, потому что могут быть проблемы с учебой. Страшно, мне очень страшно рассказывать это, потому что могут быть очень серьезные проблемы. Еще есть самообвинение. Если со мной такое случилось — значит я порченая» — сказала моя собеседница, когда я пытался уговорить ее все таки назвать имена или хотя бы подробно описать историю.

Из всех разговоров стало понятно, что самой основной причиной таких домогательств является именно сдача зачета или экзамена, потому что в этой ситуации преподаватель обладает почти безграничной властью, а добиваться смены преподавателя и созыва комиссии — крайне сложно и не всегда действенно, а добиться освещения этой истории практически не реально.

Одна девушка, уже закончив вуз, рассказала, что в школе, когда ей было 12 лет, преподаватель ОБЖ, обучая девочек стрельбе «предпочёл объяснить всё максимально наглядно и прижимать меня к себе. Уже от этого было неприятно, но наверное так надо, подумала я. В какой-то момент он слишком увлёкся и словно невзначай уцепился за зачаток груди» — после этого случая прошло уже больше 10 лет, девушка уехала за пределы Оренбургской области, но тоже отказалась называть школу и имя. Она сказала, что этого человека можно найти, а она не хочет развития этой истории. «Я назвала бы имя, если бы мне было лет 50» — сказала она, и добавила, что сейчас история уже в прошлом.

«Я не хочу раскрывать свою личность потому что мне абсолютно неинтересно мнение большинства, и я не хочу провоцировать у людей желание высказать это мнение, а тем более начать жалеть, давать непрошеные советы или что-то около того. А тем, кто попал в подобную ситуацию, уверена, что рассказ поможет понять, что они не одни, вне зависимости от того, анонимен он или нет».

Я бросил поиски героев для этой истории, поняв, что я либо наберу кучу анонимных воспоминаний и расскажу об этом, но ничего не произойдет, либо найду людей, которые смогут рассказать публично, но описанные истории будут 30 или 40-летней давности. Я уверен, что многие, прочитав эти истории и статью «Таких дел» подумают «Да, я знаю. У нас в вузе тоже такое было», и в этом, на мой взгляд, вся суть проблемы. Такое действительно было, практически каждый может рассказать такую историю о своей знакомой, соседке, подруге, одногруппнице. Даже если ситуация не касается принуждения к сексу напрямую, многие вспомнят пошлые намеки, двусмысленные фразы, шутки, взгляды, но никто никогда публично об этом не расскажет. А раз нет рассказа — то нет и преступления, то вообще ничего нет, есть только слухи, которые невозможно подтвердить.

Но пока никто не назовет имена, учитель ОБЖ в сельской школе продолжит поглаживать девочек по груди, преподаватель кафедры философии будет встречаться со студентками и делать недвусмысленные намеки, физрук в ОГУ будет предлагать другим девушкам поставить зачет за секс — вереницы людей будут проходить через руки одних и тех же людей, получать диплом и забывать эти истории навсегда. По данным Всемирной организации здоровья 7% женщин в течение жизни хотя бы раз становятся жертвой сексуального насилия со стороны сторонних лиц. Но эта статистика — крайне занижена, потому что сколько человек не сказали, сколько человек формально вступили в такую связь по согласию, потому что у них не было выбора? В реальности окажется, что жертвами становилась каждая десятая, если ни каждая восьмая девушка.

В 2016 году прошла акция «Янебоюсьсказать», запущенная украинской журналисткой Анастасией Мельниченко. В рамках этой акции женщины рассказывали о случаях насилия по отношению к ним, как физического, так и сексуального. И мне кажется, эта акция должна стать всеобъемлющей и бессрочной, а в вузах должны появится способы жалоб на преподавателей, которые доводились бы до логического конца и проверялись.

В ОГУ иногда проходят «часы нравственности». На пары приходит игумен и рассказывает о некоторых религиозных аспектах жизни, анализирует литературные произведения с точки зрения православия и так далее. Я не хочу нападать на православие, но! Одной из тем такой лекции стало «Предназначение женщины». Вот пока мы будем мыслить термином «Предназначение женщины», говорить о том, что женщина чего-то должна — ничего с места не сдвинется. Тут важно понять, что ваша дочь или жена вдруг может «задолжать» не только вам, а физруку, историку или философу. А статистика говорит, что очень может, если уже не смогла».
 

Рубрикатор: #невсеравно_орен1

Источник: https://vk.com/@feldman_vv-molchanie-yagnyat-ili-dva-slova-o-seksualnyh-domogatelstvah

Редактор: Юлия Лесникова 

 

  • 371

Как пользоваться Орен1?

  • Добавить сайт в закладки: нажмите Ctrl-D
  • Читать и комментировать в соцсетях: VK | FB | OK
  • Следить за лентой: Tlgrm | Twi | VK
  • Смотреть видео: Youtube
  • Написать нам: news@oren1.ru