Почему показания Самбурского перевернули дело о продаже акций Банка Оренбург и что открыл судебный допрос?

В самом центре громкого разбирательства вокруг одной из крупнейших финансовых организаций Оренбуржья оказался бывший министр, чьи свидетельства стали поворотным моментом расследования. Какую роль сыграл Александр Самбурский в раскрытии сложной схемы с акциями и почему детали его допроса волнуют не только следствие, но и экономистов региона? Не приведет ли это дело к пересмотру принципов управления госсобственностью в банковской сфере Оренбуржья?

Фигуранты и масштаб событий

АО «Банк Оренбург» занимает ключевое место в финансовой системе области и выступает крупнейшим региональным банком с государственным участием, предлагая в том числе множество вкладов с ежемесячной выплатой процентов. Областное правительство является главным акционером, а Министерство природных ресурсов и имущественных отношений руководит советом директоров, курируя стратегические решения.

В центре судебной драмы — несколько важных лиц: Александр Самбурский, бывший глава регионального министерства, Андрей Сивелькин, ранее входивший в правление банка, Денис Толпейкин, экс-министр цифрового развития, а также предприниматель Олег Гремпель, чье имя связано с подозрительными кредитными операциями.

Жители и эксперты пристально следят за процессом, ведь речь идет о возможном ущербе для бюджета и доверия к банковской системе. Обвинение строит позицию на выявленных нарушениях при продаже ценных бумаг, защита утверждает, что все действия имели под собой экономическое обоснование.

Показания Александра Самбурского

На допросе в Ленинском районном суде Александр Самбурский подробно рассказал, как министерство отслеживало деятельность банка с первых дней его работы в ведомстве. По словам Самбурского (данные стенограммы суда, корр. ЕАН), сразу после его назначения в 2019 году появились тревожные сигналы о сомнительных сделках, что стало поводом для ревизии.

В свидетельских показаниях экс-министр уточнил: «В министерство поступала информация о ряде банковских операций, которые казались не вполне корректными». В задачи его ведомства входил контроль за эффективным использованием государственных активов, поэтому любые нестандартные схемы вызывали оперативную реакцию. Перечисляя спорные эпизоды, Самбурский обратил внимание на сделки с приобретением банком векселей и крупные операции с акциями.

«Один из заместителей председателя правления сообщил о действиях, которые могли не соответствовать законодательству», — зафиксировано в материалах слушаний. Подобные сигналы поступали неоднократно, что заставило провести внутреннюю проверку и привлечь комиссию областного правительства.

Сделки с векселями и их последствия

Вексель — долговая ценная бумага, по сути расписка: ее покупатель передает деньги эмитенту, а тот обязуется вернуть сумму с процентами. В банковской практике покупка векселей используется для кредитования, поскольку позволяет обойти стандартные требования к выдаче займов.

Согласно материалам дела, банк приобрел векселя компании, связанной с Олегом Гремпелем, на сумму 29,2 млн рублей под ставку 6%. Однако ревизионная комиссия усмотрела аналогию с выдачей кредита по ставке 21% годовых, поскольку структура сделки позволила заемщику получить финансирование без прохождения строгих процедур оценки рисков.

Детали схемы выглядели так: крупный клиент и аффилированные лица уже имели значительную кредитную нагрузку, а выдача новых займов была невозможна. Тогда банк приобрел векселя, формально увеличив активы, но фактически предоставив кредит через запасной выход. Эксперты отмечают, что такие обходные маневры сравнимы с попыткой пройти через черный ход, чтобы не встретиться с контролером у главного входа.

В результате подобных сделок доходность банка снизилась, что отразилось на финансовых показателях и устойчивости. Сомнения вызвали не только экономические последствия, но и прозрачность мотивов такого кредитования.

Обвинения против Андрея Сивелькина

Бывший член правления банка Андрей Сивелькин обвиняется в превышении должностных полномочий и нецелесообразной продаже более 6,2 млн акций банка по цене 1 рубль за штуку (материалы следствия, ЕАН). Сделка оформлялась с АО «Оренбургская региональная электронная карта», структура дочерняя и не имеет публичного доступа к рынку ценных бумаг.

Обвинение утверждает, что продажа по такой цене не отражает реальную стоимость актива и причинила ущерб банку. Защита настаивает: отсутствие биржевого оборота делает затруднительным определение справедливой цены, а сделка была согласована в рамках действующего законодательства.

Экономические последствия и гражданский иск

По словам председателя правления Беллы Биктаевой (прямая речь, судебные материалы), банк требует через гражданский иск вернуть 6,2 млн рублей, уплаченные за спорные акции. Руководство считает, что операция не имела экономического смысла и повлекла убытки.

Истец мотивирует требования тем, что масштаб сделки, её условия и закрытый характер могли негативно сказаться на балансе банка и интересах акционеров. Подобных случаев в региональной банковской практике обнаружить сложно, что усиливает внимание к рассматриваемому делу.

Анализ спорных моментов и пробелов в деле

Защита и обвинение по-разному трактуют одни и те же события. Нет единого мнения относительно оценки стоимости акций, а также доказательств личной выгоды отдельных участников схемы. Некоторые данные подтверждаются только показаниями свидетелей, другие — официальными документами.

Эксперты отмечают: неясность в расчетах справедливой цены, отсутствие прозрачной процедуры продажи и спорные мотивы — основные пробелы, затрудняющие окончательную правовую оценку. Достоверность ряда сведений проверяется следствием, официальные результаты пока не обнародованы.