Еще раз об отходах
По какому же поводу оно мне вспомнилось в очередной раз.
С интервалом в десять дней Оренбуржье удостоилось посещения сразу двух депутатов государственной Думы. И не абы кого, а тех, кто хоть и не имеют ни малейшего отношения к нашей области, зато носят имена, при упоминании которых любой живущий социально-активной жизнью гражданин невольно делает стойку.
Это Наталья Поклонская, бывший крымский прокурор, возбудившая немало дел против тех, кто в прошлое десятилетие совершал антиукраинские выступления. А теперь, полностью сохранив старые профессиональные навыки, ставшая иконой православных фанатиков и матильдоборица №1 под защитой депутатского мандата.
И это Геннадий Онищенко, в прошлом - главный государственный санитарный врач Российской Федерации, руководитель Роспотребнадзора, запретивший за годы своей деятельности всё что можно, что нельзя и даже то, что запрещению не подлежит в принципе.
Собственно, вот эта беспощадная страсть к запретительству, выявлению того, что ещё не запрещено и за это подлежит наказанию, их и объединяет. Но в интересующих нас случаях есть кое-что, что их разнит. Это форма и содержание их визитов в наш далёкий от мест их избрания край.
Поклонская последовала в соль-илецкую колонию особого режима для пожизненно осуждённых "Черный дельфин" и, к сожалению многих её соотечественников более свободомыслящего направления, довольно быстро её покинула. Ну в том, естественно, смысле, что ограничилась осмотром и ознакомлением режимных объектов с условиями содержания лишенных свободы навсегда, беседой с ними (а очень интересно, о чём были эти беседы с отъявленными убийцами), посещением прогулочных двориков и корпуса для свиданий. В кратком комментарии одного из оренбургских информационных агентств сказано, что, цитата, дальнейшее развитие как "Черного дельфина", так и уголовно-исполнительной системы Оренбургской области, вызвало у депутата большой интерес.
О том, что приезжала Поклонская все узнали уже после того, как она уехала. На память в Сети осталась лишь её фотография в светлых казематах "Дельфина" рядом с неизвестным сопровождающим лицом, в руках у которого имелся фолиант с большой фотографией Маркса на обложке.
Посещение же Оренбурга Геннадием Онищенко – в настоящий момент, кстати, первым заместителем председателя думского комитета по образованию и науке – освещалось широко и в деталях. Хотя его визит состоялся всего лишь в рамках партийного проекта единоросов "Экология России", результатом которого, как опять широко и повсюду заявляется на партийных сайтах, "должно стать наведение порядка с твердыми коммунальными отходами". То есть - остатками продуктов и предметов, использовавшихся в быту и утративших свои потребительские характеристики. Была и встреча Онищенко с губернатором Юрием Бергом, и "круглый стол" в библиотеке им. Крупской - "О проблемах и перспективах отрасли обращения с ТКО".
К слову о партийных проектах "Единой России": их уже было и продолжает оставаться столько, что со счёту сбиваются даже специальные уполномоченные по подсчёту партийных проектов. Ибо числа им несть. Правда, к вящему удивлению тех, кто всё же принял на себя обязанность отследить их успешность, а не количество, население страны отчего-то не спешит воспользоваться титаническими усилиями. В смысле, применить к реальной жизни что-то получающееся на выходе из этих черных ящиков пока мало кому из простых россиян удалось. Если это не так – прошу немедленно мне сообщить, я с удовольствием познакомлю остальных с плодами партийных трудов.
Пока что на ум приходит из столь же широко раздутого проект "Чистая вода", во главе с академиком семи академий Виктором Петриком. В тандеме со спикером Госдумы Борисом Грызловым, некогда и всероссийским лидером единороссов, они придумали способ превращения радиоактивной воды в питьевую. И собирались обеспечить ею всю Россию за каких-то 15 триллионов рублей. Но вскоре лишь глубокие знакомства в государственных сферах помогли проекту академиков избежать подробного рассмотрения в бывшем ведомстве госпожи Поклонской.
Ну вот, а теперь, значит, повторно за экологию взялись. И даже уже представили оренбуржцам первый локальный успех: пластиковые контейнеры с крышкой и на колесах, которые пока есть лишь в отдельных частных домовладениях. Но это и практически всё, о чём имело хоть какой-то смысл говорить во времени настоящем. Всё прочее звучало исключительно во времени, известном по латыни как futurum - граммема грамматической категории, описывающая события и действия после момента речи и которое ещё только должно случиться.
То есть перед широкой и представительной аудиторией описывалось безусловно славное, но далёкое будущее. В каждом выступлении звучало сплошное "мы решили сегодня обсудить, какие проблемы в сфере обращения с отходами существуют, какие есть задумки", "Региональная схема обращения с отходами, которая прошла общественное обсуждение, предусматривает возникновение…", "В ближайшее время к строительству подобных заводов приступят в Орске, Медногорске, Бузулуке, Кувандыке, Ясненском городском округе", "точная сумма казенных средств, которые будут вложены, пока прорабатывается", "Мы вступаем в новый технологический цикл, где доминируют нанотехнологии. Наша страна должна стать не только их участником, но и лидером. Тем более у нас все есть для этого. Осталось перенести это на практическую кальку"…
Вообще по-русски все вот такие инвективы сформулированы еще в глуби веков и, выраженные в трёх словах, звучат так: "Осталось начать да кончить".
Переработка твёрдых коммунальных отходов, а до этого твёрдых бытовых, да хоть бы и мягких, да каких угодно – это тема, которую живущие долго оренбуржцы слышат так примерно третье десятилетие. Но, видимо, недостаточно долго ещё эти оренбуржцы живут. Хотя у них уже наверняка есть дети, а то и внуки – они-то точно узнают, чем это кончилось. И, может быть, даже посмотрят наконец "Матильду".