Между тучами и морем, или Что предвещает Буревестник
Грешен пред Алексеем Максимовичем, никогда не любил его "Песню о Буревестнике". По многим причинам, с какой стороны не возьми: хоть с поэтической, хоть с аллегорической, хоть с фактической.
"Гагары стонут…" Гагары всю жизнь на воде, им ли пугаться "грома ударов"? "Чайки носятся над морем…" Буревестник носится, чайки носятся – в чём разница-то? Потом: где гагары – и где "глупый Пингвин"? Какие бури в Антарктиде? И с какого бодуна Пингвину прятаться в утёсах? – ушёл на дно, и нет его для бури… А, ну да, конечно: от глупости. А Буревестник, значит, от большого ума "то крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам" – наслаждается битвой жизни, смело и свободно. Максимально выражает "радость в смелом крике".
Буревестник, если без романтики, вообще есть птица злобная и наглая, никакой симпатии не вызывающая. Так утверждают моряки, а уж они знают. Когда таким радость – все остальным ничего хорошего ждать не приходится.
…Это к столетию переворота припомнилось. В том смысле, что его символы оказались ещё более точными, чем их авторами предполагалось. А правду жизни не обманешь.
***
Но дотянемся от поэтических условностей до прозаической действительности. Россия – понятие масштабное, здесь столетиями мерять – самое то. Столыпин, который про своё Отечество понимал как мало кто из его современников, недаром обронил в сердцах, что, мол, "в России за 10 лет меняется все, а за 200 лет – ничего".
Вот отмотаем назад пару столетий – как оно там обстояло? Образовали "Союз спасения", ставящий целью установить конституцию и отменить крепостное право. Начали массово создавать военные поселения. В петербурге открыли первую биржу. Генерала Ермолова назначили командующим на Кавказе. По инициативе Аракчеева ввели пенсии ратным воинам. Введена этапная система препровождения арестантов. Одесса объявлена вольным портом. На Воробьевых горах торжественно заложили храм Христа Спасителя (неудачно). Министерство Духовных дел и Народного просвещения слились в одно…
Каждое, ну вот буквально – каждое! – событие ничего вам не напоминает из сегодняшних и вчерашних дней?
А ну, ещё ровно на столетие назад отмотаем… Введён институт армейских священников. Сближение с Персией (современным Ираном) о торговле. Реформа государственного аппарата. Запрещено ввозить иностранное полотно. Организована государственная полиция. Издан Указ о проведении первой ревизии, начало ревизских переписей.
И вообще – Петровские реформы выходили на свой пик. У нас этого пока не случилось, но ведь "век назад" - это не день в день, а плюс-минус пятилетка-другая. В конце концов и столетия не эталонными нулями отсчитываются: так век XVIII закончился наполеоновским нашествием, его сменщик начался в августе четырнадцатого, а завершился путчем и распадом Союза. Не будем излишне скрупулёзны.
В этом смысле прыжок ещё на столетие назад вообще подходящ по всем параметрам: "Смутное время" и воцарение романовской династии в России не на "раз-два-три случилось, а тоже на годы растянулось, но тенденция полностью выдерживается, не так ли?
Во времена Василия III, на полтысячелетия назад, уж углубляться не будем, желающих подробностей отправляем непосредственно к Карамзину с Костомаровым. Но если в трёх словах – над Россией тогде Буревестники носились стаями, не отвлекаясь на сон и приём пищи.
Так что 1917-й занимает в достойном ряду наипочётнейшее место.
***
Но живём-то мы прямо сейчас, и в этом разрезе мысли современников занимают, так сказать, виражи Буревестника непосредственно над ними.
Как он там?
А чёрт его знает, трудно сказать! То есть чей-то диковатый клёкот из-за туч слышится, но благодаря этим самым тучам, как-то неприятно сгустившимся последнее время, не разбери, чей. Может, какую ополоумевшую Гагару занесло за облака, и она не сообразит, где небо, где земля?
Ну не Пингвин же там надрывается?!
А дорогие власти, которым по статусу положено вносить ясность, в том числе и в орнитологические загадки, как-то самоустранилась. Усиленно делает вид, что нету там, наверху, вообще никого и ничего. Кроме разве что соловьиных трелей – почему-то последние годы довольно фальшивых, ну так извините, других Соловьёв у неё для нас нет.
И вообще, к юбилею революционного переворота из-за кремлёвских стен – длительный упорный молчок. "Не было ничего сто лет назад!" - как бы безмолвно говорят оттуда. "Не было – и ещё сто лет ничего не будет!"
И я эту птичью позицию, на этот раз Страусиную, во многом понимаю. Конечно же, власть не может одобрять никакую революцию. Да и какая же власть, помилуйте, одобрит! Нет-нет, и близко не допустит, изо всех сил.
А с другой стороны – однозначно "против" высказываться? Ага, это же мало того, что одну пятую дорогого электората, если не четверть, от себя перед выборами оттолкнуть. Так ведь еще осквернить этим гнездо, из которого вылупилась! Ведь Союз-предшественник был почти правильно устроен, только требовал небольшого ремонта.
Лиши его только идеи-фикс соединяющихся пролетариев всех стран, введи сколько надо для кого надо частную собственность, раздай кому следует дурацкое это "народное достояние" и переименуй "ЦК КПСС" в "АП". И всё!
Что и было выполнено по мере сил и умственных способностей.
А Буревестника этого, для полного счастья, изловить бы да свернуть шею, чтобы народ не баламутил.
Жаль только, из-за туч ни ч-черта не видно, где он. Как и то, Буревестник ли это вообще. Кабы ни чего похуже.
Неизвестная картина неизвестного автора