СК вмешался в дело о переселении сироты из Оренбурга в квартиру с трещинами

В 2019 году сдали жилой комплекс — новостройки, свежий дом, все по плану. Людям, в том числе сироте, дали там квартиры. Казалось бы: новоселье, радость, новый этап. Но радость быстро сменилась вопросами.

Первые проблемы заметили не через год и не через два — почти сразу. На стенах пошли трещины. Не одна-две, а много. И не тонкие, как паутинка, а такие, что видно: что‑то пошло не так. Жильцы присматривались: то тут трещина, то там. И со временем их становилось больше.

Потом обратили внимание на перекрытия между этажами. Что с ними? Они как будто чуть изменили форму — не ровно лежат, а где‑то просели, где‑то выгнулись. Непорядок. Это уже не просто внешний дефект, а вопрос к конструкции дома.

Дальше — вода. Затопления случаются периодически. Откуда льется? Не всегда понятно. Иногда с потолка, иногда из стен, иногда через стыки. Вода попадает в квартиры, портит отделку, намокает мебель, приходится сушить, ремонтировать, снова и снова.

С электричеством — отдельная история. Проводка работает через раз. То свет мигает, то розетки не держат нагрузку, то автоматы выбивает. В одной из квартир это привело к возгоранию. Не большой пожар, но сам факт: проводка опасна, может случиться беда.

Еще одна точка проблем — подвал. Он постоянно в воде. Не просто влажно, а именно затоплен. Вода стоит, не уходит. От этого сырость поднимается выше, появляется запах, могут завестись грибок и плесень. А еще это нагрузка на фундамент: если вода там годами, она разъедает, ослабляет основание дома.

Жильцы жаловались. Писали, звонили, ходили на приемы. Ответы приходили, но ничего не менялось. Проблемы оставались на месте, а иногда даже усугублялись.

Тогда ситуация попала в Следственный комитет. Ведомство решило разобраться всерьез. Завели уголовное дело — значит, проверяют не формально, а детально: кто строил, кто принимал дом, кто подписывал документы о готовности, кто отвечал за качество.

Александр Бастрыкин лично взял дело на контроль. Он поручил Вячеславу Зудерману, руководителю СУ СК России по Оренбургской области, подготовить подробный доклад. Что уже сделано, какие есть результаты, кто может быть ответственным, какие меры будут приняты — все это должно быть отражено.

Почему это важно? Потому что речь идет о жилье от государства. Сирота получает квартиру как поддержку — это не покупка на свои деньги, а помощь. И жилье должно быть безопасным, пригодным для жизни. Нельзя, чтобы человек, которому государство обязано помочь, оказался в доме, где каждый день — это борьба с протечками, искрящей проводкой и трещинами в стенах.

Сейчас следователи собирают документы, опрашивают жильцов, изучают состояние здания. Проверяют проектную документацию, акты приемки, договоры с подрядчиками. Смотрят, были ли отклонения от норм строительства, кто их допустил и почему это не заметили раньше.

Издание «АИФ-Оренбург» обещает следить за развитием ситуации и сообщать о решениях, которые примут по итогам расследования.

Ранее мы писали, что в Оренбуржье руководство МФЦ оставило работника с многолетним стажем без оплаты больничного.